Сколько

Генка был на всю округу один.
На всю, которую исследовали с пацанами за 10 лет жизни самого Генки.
В окрестных дворах, за дачными огородами и за кварталами направо и налево никого больше не было с именем Гена.
Даже среди взрослых родительских знакомых.
Мишки были, 3-4 Вовки, Сашек было море, даже — два Юрки.
А вот Генка был один.
Сколько себя помнил.
Правда, и Валерка - родной брат Генки, тоже был один.
Но это было не так важно, как один Генка.
Справедливости ради, был Геннадий Хазанов. И Валерий Харламов.
Но они были где-то за пределами исследованной с пацанами Вселенной.
Всё равно, что их не было.
Уже, когда у самого появился сын, и жена, читая Успенского "Крокодил Гена и его друзья", вдруг начала давясь от смеха ржать, выяснилось, что у Крокодила Гены был кроме Чебурашки ещё и сменщик — Крокодил Валера.
Но крокодилом Генку в детстве никто не дразнил.
А Валерку точно и не подумали б так звать. В мультике не было никакого Валеры.
Был только Гена.
Кто дразнился и шпынял, с тем дрались после уроков.
Генка дрался неохотно, но до смерти.
Или до конца сил. У обоих.
После молча хватали портфели и расползались по домам, зло посматривая друг на друга по дороге.
На ближайшее время - драки хватит.
А так трудно было только противостоять банде. Лупили. Хотя без главаря получали в ответ и на пару недель хорошо помнили. Было легче, не доставали.
Но такая мелкая сволочь будет попадаться аж до армии.
До тех пор пока в армии Генку чуть не убили, хорошо отметелив сапогами.
За то, что при всех-всех, наплевав на дисбат, настучал по ненавистной роже косоглазого огромного — от страха — как глыба Ванькина.
Ванькин трусливо свалил при всех.
А потом из-за угла сзади в спину садил сапогами.
Ребро выдержало, но похоже, что сначала сломалось, а потом пока дополз до санчасти, опять срослось.
Но после этого больше Ванькин в открытую лезть боялся.
А то ведь можно было и стулом по голове получить.
Чего от этого молчаливого Генки ждать не знал никто.
Да и сам Генка не знал.
Ту ярость, с которой он молотил по роже Ванькина, он и сам в себе не знал.
Достал, похоже.
Свобода стоит дорого. Растоптанная гордость — одной трусливой мысли.
А Генка не любил говорить.
Даже, когда было надо, потому что назревал конфликт.
Казалось, зачем объяснять очевидные вещи? Но очевидными они были только для Генки.
Для остальных — были свои Вселенные и своё время событий.
Параллельное.
Человек приходит в этот мир, чтобы жить своей непохожей ни на что жизнью.
И на отпуск это не похоже.
Она похожа на бег воды — приходится всё время куда-то прорываться и просачиваться.
Всё время бой. Ни грамма тишины.

🐞 На стартову сторінку

 
Серія "The untold stories"
"Про Гену и Валеру"